Пурим

Пурим 2013: 23 февраля вечером (в Иерусалиме — 24 февраля вечером)


Законы и обычаи праздника Пурим


Рав И.-М. Лау

Мы празднуем Пурим 14-го и 15-го адара в память о спасении евреев от полного истребления во времена царя Ахашвероша, правившего громадной Персидской империей. Сановник царя Гаман замыслил погубить всех евреев и бросал жребий (пур), чтобы узнать, когда наиболее подходящее для этого время. По слову пур праздник называется Пурим, а все связанные с ним события описаны в Мегилат Эстер (книге Эстер). В городах, не обнесенных стеной, Пурим празднуется 14 адара, а в городах, обнесенных стеной еще со времен Йегошуа бин Нуна, — 15 адара. Этот день, 15 адара, называется Шушан-Пурим по имени древней столицы Персидской империи города Шушан, евреи которого именно в этот день избавились от угрожавшей им смертельной опасности.

Законы праздника Пурим собраны в Мишне, в 1-й и 2-й главах трактата Мегила, а также в Тосефте к этому трактату обоих Талмудов — Вавилонского и Иерусалимского.

Обязанность отмечать Пурим — одна из семи заповедей, установленных нашими мудрецами, и сама эта обязанность тоже состоит из семи заповедей. Вот они:
1. чтение Мегилат Эстер,
2. «мишлоах манот»,
3. «подарки бедным»,
4. чтение Торы,
5. произнесение вставки «Аль ганисим» в «Шмонэ-эсрэ» и в «Биркат гамазон»,
6. веселый пир,
7. запрет траура и поста.

В отличие от Хануки, увековечивающей спасение народа Израиля от духовного уничтожения, Пурим символизирует борьбу за физическое выживание еврейского народа. Поэтому празднование Пурима включает в себя моменты не только духовные, но и чисто материальные, как бы призванные заявить на весь свет: вот, мы живем, едим, пьем и веселимся! А «мишлоах манот» (обмен яствами с друзьями и близкими) и «подарки бедным» доказывают, что неотъемлемая часть нашей жизни — это забота о ближних. Веселье Пурима — также своего рода демонстрация жизненной силы еврейского народа, и демонстрация эта проходит на глазах наследников Гамана, всех тех, кто хотел бы продолжить его черное дело.

Мегилат Эстер упоминает о четырех законах Пурима: чтение Мегилат Эстер, праздничный пир, «мишлоах манот» и «подарки бедным». К этим законам наши мудрецы добавили чтение отрывка из Торы (Шмот, гл. 17), в котором говорится о войне с Амалеком после исхода из Египта, и вставку «Аль ганисим».

Но прежде чем мы рассмотрим эти законы более подробно, отметим, что 13 адара, канун праздника, — это Пост Эстер.

Пост Эстер


Законы этого поста не отличаются от законов о других всеобщих постах (например, Посте Гедальи или Десятого тевета). Пост начинается с рассветом, в «Шахарит» читают особые «слихот», из Торы зачитывают молитву Моше-рабейну, которую он произнес после греха создания золотого тельца. В «Минху» к «Шмонэ-эсрэ» добавляется «Алейну», а затем читают «Авину, малкейну». Обычно именно во время «Минхи» исполняют заповедь, напоминающую о «половине шекеля» времен Храма: в специально предназначенную для этого тарелку опускают три монеты. Почему именно три? Чтобы вспомнить о том, что по просьбе Эстер все евреи мира постились три дня, раскаиваясь в грехах. Известно из слов мудрецов наших, что персидские евреи тех времен проявляли сильную склонность к ассимиляции, и нашлись даже такие, что откликнулись на приглашение Ахашвероша прийти на его пир. А участие в этом пиру означало страшное унижение их национальной гордости — ведь вино там подавали в сосудах, захваченных в Иерусалимском Храме вавилонским царем Невухаднецаром. Разумеется, это означало также и пренебрежение законами Торы о кашерной пище и запретом пить вино, сделанное неевреями.

Чтобы приготовить почву для совершения чуда, народ Израиля должен был вернуться ко Вс-вышнему — в посте, плаче и молитвах. В память об этом мы и соблюдаем Пост Эстер.

В праздники мы прерываем веселье в самом его разгаре и поминаем души наших родных и друзей, ушедших из этого мира. Так же и в Пурим: от поста мы сразу же переходим к веселью праздника. Этот резкий переход напоминает нам, что нет веселья в этом мире, которое не было бы хоть немного смешано со скорбью.
Чтение Мегилат Эстер

Прослушать чтение Мегилат Эстер мы обязаны в Пурим дважды: при наступлении праздника, вечером, после «Маарива», и утром — после «Шахарит». Читать следует обязательно по свитку, написанному на пергаменте с соблюдением всех правил. Чтец должен быть опытным, хорошо знающим правила чтения Мегилат Эстер.

Перед чтением произносятся три благословения, после чтения — одно.

Вот благословения, которые произносят перед чтением:
1. «Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, Царь Вселенной, освятивший нас Своими заповедями и повелевший нам читать мегилу!»
2. «Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, Царь Вселенной, совершивший чудеса для наших отцов в те дни, в это же время!»
3. «Шегехеяну».

Следует внимательно слушать, как чтец произносит благословения, и отвечать «амен». Тот, кто отвечает «амен» на благословение, словно благословляет сам.

Поэтому когда чтец произносит благословение, нельзя отвлекаться и прерывать молчание даже обычным «благословен Он, и благословенно имя Его».

После чтения Мегилат Эстер чтец произносит следующее благословение: «Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, Царь Вселенной, заступающийся за нас, судья в нашем споре, мстящий за нас, взыскивающий с притеснителей наших и платящий по заслугам всем нашим смертельным врагам! Благословен Ты, Г-сподь, взыскивающий со всех притесняющих народ Твой, Израиль, — Б-г-спаситель!»

Произнося утром благословение «Шегехеяну», следует помнить, что оно относится также к заповедям пира, «мишлоах манот» и «подарков бедным», которые относятся к этому дню. Ведь всякий раз, когда мы готовимся исполнить заповедь, исполняемую лишь раз в году, мы произносим «Шегехеяну».

Слушать чтение Мегилат Эстер надлежит очень внимательно, не пропуская ни единого слова. Поэтому и от чтеца требуется, чтобы в тех местах, где при упоминании имени Амана в синагоге поднимается шум, он прерывал чтение и терпеливо ждал, пока вновь не наступит тишина. Если ее шум заглушил несколько слов, чтец обязан прочитать их снова, чтобы все их услышали. Многие, стремясь исполнить заповедь наилучшим образом, приносят в синагогу собственные свитки Мегилат Эстер и следят по ним за чтецом, шепотом повторяя каждое слово, чтобы ничего не пропустить. Принято, что четыре стиха, особенно тесно связанные с избавлением, вся община произносит громко — а затем чтец их повторяет. Вот эти стихи:
1. «Муж-иудей был в столице Шушан, по имени Мордехай, сын Яира, сына Шими, сына Киша — из рода Биньямина».
2. «А Мордехай вышел от царя в царской одежде из голубой шерсти и виссона, с большой золотой короной на голове, в плаще из льна и пурпура, — а город Шушан ликует и веселится».
3. «У иудеев был свет, веселье, радость и почет».
4. «Ибо Мордехай-иудей — первый после царя Ахашвероша и велик среди иудеев, желанный для большинтва его братьев — шлет добро своему народу и заботится о всем потомстве его».

Слушать чтение Мегилат Эстер женщины обязаны наравне с мужчинами, потому что и они имеют отношение к этому чуду, ведь именно царица Эстер сыграла главную роль во всех этих событиях.
Пуримская трапеза

Пурим — это «дни пира и радости». Поэтому мы должны устроить днем в Пурим пышную трапезу. Недостаточно вечерней трапезы при наступлении праздника. Во время трапезы днем мы обязаны пить вино, ибо сказали мудрецы наши: «Должен человек напиться в Пурим до того, чтобы не отличать слова “проклят Аман” от слов “благословен Мордехай”».
«Мишлоах манот» и «подарки бедным»

Чтобы укрепить дружбу и братство среди евреев, наши мудрецы заповедали нам исполнять заповедь «мишлоах манот» (буквально — «посылка яств»). Слово мишлоах — в единственном числе, а манот — во множественном. Значит, каждый раз следует посылать не менее двух блюд — только тогда можно считать, что заповедь выполнена. Подчеркнем, что заповедь «мишлоах манот» следует исполнять именно в течение дня Пурима.

Исполняя заповедь «подарков бедным», следует в этот день давать вдвое больше, чем при исполнении заповеди «мишлоах манот». Это выводится из того факта, что и слово «подарки» множественного числа, и слово «бедным»: значит, следует давать по крайней мере два подарка двум беднякам. Эта заповедь призвана выявить характерное для евреев чувство сострадания и жалости.

Заповедь «подарков бедным» не означает, что надо давать именно еду. Можно — и даже желательно — тем, кто нуждается в деньгах, дать деньги. Еще со времен глубокой древности стало обычаем организовывать сбор средств для нуждающихся, чтобы обеспечить им все необходимое для Пурима. Не исключено, что в «подарках бедным» содержится также косвенная помощь и на праздник Песах, начинающийся месяцем позже.
Обычаи Пурима

На протяжении веков возник чрезвычайно богатый фольклор, связанный с Пуримом. Среди океана мучений, тревог и испытаний, окружающего нас круглый год, Пурим стоял как одинокий остров безоглядного веселья, юмора и оптимизма, характерного для еврейского народа. Особая пуримская литература, шуточные представления с переодеваниями и потешными масками веселили сердца. Лишь в этот день были разрешены театральные представления с характерными персонажами. Например, выбирали «пуримского раввина», тем самым «сводя счеты» с теми руководителями общины, на которых «имели зуб». Возник обычай печь на Пурим сладкие пирожки с начинкой из мака и сладостей, которые почему-то получили название «уши Гамана». Следует отметить, что в разных общинах есть свои варианты пуримских обычаев.
Шушан-Пурим

По всей Стране Израиля и во всех странах рассеяния Пурим отмечается 14 адара (а в високосный год — 14 числа «второго адара»). Однако в Иерусалиме — как в свое время в Шушане — а также в тех городах, о которых известно, что они были обнесены стеной во времена Йегошуа бин Нуна, Пурим празднуют 15 адара. И день этот называется Шушан-Пурим.

Причина этого разделения подробно изложена в Мегилат Эстер: евреи воевали со своими врагами 13 адара и праздновали победу на следующий день, 14 адара, в честь чего и установлен праздник Пурим. Но в городе Шушан евреям было дано разрешение расправляться со своими ненавистниками два дня — 13 и 14 адара. Так что евреи Шушана радовались и веселились 15 адара, и для них именно этот день стал праздником. Однако чтобы не унизить честь Страны Израиля, тогдашние мудрецы Торы распространили празднование Шушан-Пурима и на те города Страны Израиля, которые во времена Йегошуа бин Нуна были обнесены крепостной стеной. Одновременно честь была оказана и самому Йегошуа бин Нуну — потому что именно под его руководством была завоевана Эрец-Исраэль и именно он руководил первой войной с Амалеком, от которого произошел Гаман. Поэтому в Иерусалиме — относительно которого нет сомнения, что во времена Йегошуа бин Нуна он был обнесен стеной, — читают Мегилат Эстер и выполняют все обычаи Пурима только в Шушан-Пурим, то есть 15 адара. В тех же древних городах, относительно которых точно неизвестно, были ли они обнесены стеной во времена Йегошуа бин Нуна, Мегилат Эстер читают дважды:14 и 15 адара, и тем самым избавляются от сомнения.
Пурим мешулаш

Иногда случается, что Пурим празднуется три дня подряд и называется он тогда Пурим-Мешулаш — «утроенный Пурим». Так может случиться в Иерусалиме в тот год, когда 15 адара — суббота. В субботу Мегилат Эстер читать нельзя (так же, как не трубят в шофар, если Рош-Гашана совпадает с субботой, и не берут «арбаа миним» в субботу праздника Сукот — из опасения нарушить запрет выносить на улицу вещи в субботу). С другой стороны, нельзя отложить чтение Мегилат Эстер на воскресенье, 16 адара. Поэтому в Иерусалиме поступают следующим образом: Мегилат Эстер читают в тот же день, что и во всем мире, — 14 адара; тогда же дают «подарки бедным» — чтобы они могли купить все необходимое для праздника; в субботу, 15 адара, произносят «Аль ганисим» в «Шмонэ-эсрэ» и в «Биркат гамазон», берут два свитка Торы:

один для чтения обычной субботней главы Торы, другой для чтения отрывка, предназначенного для чтения в Пурим; а в воскресенье, 16 адара, пируют и посылают «мишлоах манот».
Почему в Пурим не читают Галель?

В отличие от праздников Песах, Шавуот и Сукот, а также Хануки, в Пурим не читают Галель. Почему?

Во-первых, чтение Мегилат Эстер вполне заменяет собой чтение «Галеля». Нет у нас другого праздника, кроме Пурима, суть которого была бы запечатлена в целой книге Танаха.

Во-вторых, «Галель» начинается так: «Восхвалите Б-га! Восхвалите, служители Г-спода, восхвалите имя Г-спо-да!..» Эти слова прекрасно подходят, например, к празднику Песах, указывая на освобождение из-под египетского гнета и рождение Б-жьего народа — «служители Г-спода», а не «рабы фараона». Однако к Пуриму они не очень подходят — так как даже после того чуда евреи так и остались рабами Ахашвероша: избавившись от угрозы уничтожения, они не получили свободы.

В-третьих, «Галель» не читают в честь чуда, происшедшего за пределами Страны Израиля. Правда, «Галель» читают в Песах, отмечая исход из Египта, но дело в том, что тогда еще Страна Израиля не была выделена из всех стран мира. Однако когда произошло чудо Пурима, после крушения Первого Храма, Страна Израиля уже несколько столетий была Святой Страной. А в Хануку «Галель» читают потому, что чудо Хануки произошло как раз на территории Страны Израиля.
Пурим и Йом Кипур

Рав Элияу Ки-Тов, Книга нашего наследия

В самом названии Йом Кипура — Йом Гакипурим — содержится важный намек. Слово Кипурим может быть прочитано как Ке-Пурим, «подобный Пуриму». Это значит, что значение Пурима даже больше, чем значение Йом Кипура!

В Йом Кипур весь Израиль достигает необычайной, сверхъестественной высоты, как бы отрываясь от потребностей тела, забывая о нем, и таким образом добивается прощения своих материальных грехов. В Пурим он достигает той же цели, радуясь и устраивая богатую трапезу. Таким образом, даже физические радости поднимаются в этот день до высшей святости.

Существуют два вида освящения тела — при помощи изнурения и поста и при помощи радости и наслаждения. Естественно, второй путь угоднее Всевышнему — ведь достигаемая таким образом святость столь высока, что охватывает и физические радости!

В Йом Кипур существует заповедь устраивать обильную трапезу перед постом; сходное правило существует и в Пурим, но только события развиваются в обратном порядке: сначала Израиль постится, а потом устраивает праздничную трапезу.
Пурим и «Мегилат Эстер» не будут отменены

Наши мудрецы учат:

«В Книге Мишлей сказано: “Она заклала свою жертву, разлила вино [в кубки]…”» (Мишлей, 9) В этом стихе речь идет об Эстер, которая, когда над всем Израилем нависла угроза, устроила пир для Ахашвероша и Гамана и напоила их вином. Гаман считал, что ему оказана великая честь, не понимая, что Эстер расставила ему ловушку. Напоив его вином, Эстер спасла свой народ.

Далее в этом стихе следует: «…и накрыла стол свой». Эти слова следует понимать так: «Она утвердилась в обоих мирах — этом и будущем. Все еврейские праздники в будущем будут отменены — кроме Пурима».

Более того: в будущем, после прихода Машиаха, будут отменены все Книги Пророков и Писаний — за исключением Книги Эстер, существование которой столь же незыблемо, как и существование пяти Книг Торы. Законы, содержащиеся в Устной Торе, никогда не будут отменены. Но несмотря на то, что, как предсказал пророк Йешайя, все беды, постигшие в прошлом Израиль, будут забыты («Ибо забыты все прежние горести и скрылись они от глаз моих» — гл. 65), это не относится к истории Пурима. Ведь в Книге Эстер сказано: «И эти дни Пурима не будут отменены среди евреев, и память о них не исчезнет у потомков их» (Эстер, 9).

Чем же превосходит Пурим остальные еврейские праздники? Дело в том, что все остальные праздники освящаются Израилем. В будущем, когда праздничным, субботним станет весь мир, они уже ничем не будут выделены. В Талмуде сказано: «Свеча в полдень — чем она может помочь?» Но Пурим освящен не народом Израиля, а непосредственно открывшейся миру Святостью Всевышнего, а она сохранится и останется выделенной и в будущем светлом мире.

Чем же отличается Мегилат Эстер — Книга Эстер от всех остальных частей Писания? Дело в том, что назначение всех других Книг Пророков — разъяснить слова Торы, укрепить веру в них, способствовать соблюдению евреями заповедей. Но в будущем, после прихода Машиаха, истина восторжествует во всех своих проявлениях, исполнятся все предсказания пророков, и все люди будут изучать Тору и ее законы столь же полно, как и до грехопадения Адама, до появления пророков и составления их книг. Но Книга Эстер отличается от них всех — она лишь начало нового повествования, повествования об уничтожении Амалека. Когда после прихода Машиаха Всевышний избавит Израиль от всех его врагов и окончательно сотрет самую память об Амалеке, когда Его Имя приобретет свою подлинную полноту и заполнит Вселенную, тогда все живое будет прославлять Всевышнего и Его деяния и прежде всего — уничтожение Амалека со времен Мордехая и Эстер и до времен Машиаха.

 

Источник

toldot.ru

 

…Не отличать Биньямина от Эсава

Алина Позина

В Пурим принято веселиться и пить спиртное так, чтобы перестать различать выражения «Проклят Аман» и «Благословен Мордехай». Злодей и праведник — два столпа пуримской истории; дерзкое решение последнего не кланяться царедворцу Аману вопреки царскому указу стало завязкой конфликта, который чуть было не привел к истреблению евреев Персидской империи. И благодаря тому же Мордехаю (и его воспитаннице Эстер) злодейские планы были нарушены.

Однако на самом деле корни конфликта Мордехая и Амана намного глубже и древнее, чем может показаться читателю книги Эстер. Противостояние этих двух персонажей началось задолго до описанной там истории. В каком-то смысле события Пурима — это лишь вершина айсберга, отголосок и разрешение, хотя и не окончательное, древнего конфликта. Для того чтобы понять глубинный смысл этих событий, нам придется обратиться к их истокам.

Первое упоминание о Мордехае в книге Эстер звучит так: «Один иудей был в престольном городе Шушане. Его имя — Мордехай, сын Яира, сына Шими, сына Киша, из колена Биньямина» (Эстер, 2:5). Почему-то для автора книги важна генеалогия Мордехая, его происхождение именно из колена Биньямина. Почему? Не будем пока что отвечать на этот вопрос, но запомним его.

А теперь, раз уж мы познакомились с происхождением Мордехая, посмотрим, что говорится в книге о родословии Амана, врага евреев: «После этих событий возвеличил царь Ахашверош Амана, сына Амдаты, из потомков Агага…» (Эстер, 3:1). Кто такой Агаг, предок Амана? С этим персонажем мы встречаемся в книге Шмуэля. Именно с ним было связано падение первого еврейского царя — Шауля, сына Киша из колена Биньямина. Тот вел успешные войны с врагами Израиля. И вот перед одной из битв пророк Шмуэль возвещает пророчество: «Так сказал Г-сподь <…>: помню Я, что сделал Амалек Израилю, как он противостоял ему на пути при выходе из Египта. Теперь иди и порази Амалека, и истребите все, что у него. И не щади его…» (Шмуэль I, 15:2-3).

Шауль действительно побеждает, захватывает множество амалекитян и истребляет их, однако: «И захватил Агага, царя Амалека, живым, а весь народ истребил острием меча. Но Шауль и народ пощадили Агага и лучшее из мелкого и крупного скота <…>, а все малоценное и худое истребили» (Шмуэль I, 15:9). Шауль даже не понимает, что совершил какую-то провинность, — когда Шмуэль затем спрашивает его, почему он не выполнил в точности повеление Всевышнего, царь удивленно оправдывается: «…Пощадил народ лучшее из мелкого и крупного скота, чтобы пожертвовать Г-споду… А все остальное мы уничтожили, предав заклятью» (там же, 15:15). Интересно, что про царя Агага он даже не упоминает, а оправдывается только по поводу скота: мол, не присвоили же мы его себе, а взяли для того, чтобы принести в благодарственную жертву! Возможно, Шауль, простой скромный парень из незнатного рода, совсем недавно и не по своей воле ставший царем, не смог поднять руку на величественного царя Агага, или же сыграли роль личная симпатия и уважение к поверженному врагу — об этом в тексте ничего не сказано. В любом случае реакция Шмуэля на это не к месту проявленное милосердие была бурной и на первый взгляд не вполне адекватной: «За то, что ты отринул слово Г-сподне, Он отринул тебя от царствования», — говорит пророк Шаулю (там же, 15:23).

Но разве справедливо было лишать триумфатора царства за столь незначительный проступок? Ну да, он не совсем точно выполнил повеление пророка, но у него и в мыслях не было бунтовать против Всевышнего. И ничего непоправимого он, казалось бы, не совершил, ведь уже на следующий день: «И сказал Шмуэль: “Приведите ко мне Агага, царя амалекитян”. И подошел к нему Агаг в оковах, и сказал Агаг: “Верно, пришла ко мне горечь смерти!” И сказал Шмуэль: “Меч твой женщин лишал детей, так же средь женщин лишится сына и твоя мать”. И рассек Шмуэль Агага перед Г-сподом в Гильгале» (там же, 15:32-33). Увы, бывали в еврейской истории цари, которых пророки уличали в гораздо более страшных деяниях, но царства они при этом не лишались!



Смерть царя Агага. Гравюра Гюстава Доре из серии «Библейские сюжеты». 1864–1866 годы

Мидраш (Мегила, 13a) пытается ответить на этот вопрос: именно в ту ночь, которую милосердный Шауль «подарил» Агагу, прыткий амалекитянин успел зачать потомство (вместо истребленного). Таким образом, из-за неуместного милосердия Шауля на свет появляются потомки Агага — и в числе прочих Аман, который через несколько поколений едва не истребил еврейский народ.

Но почему вообще Шауль должен был так немилосердно уничтожить народ Амалека? К чему такая жестокость?

Дело в том, что с этим народом у евреев были давние и особые счеты. Заповедь уничтожить Амалека появляется не в книге Шмуэля, а гораздо раньше, в Торе: «Помни, что сделал тебе Амалек в пути, когда уходили вы из Египта. Как застал он тебя в пути и перебил у тебя всех ослабевших, что позади тебя, а ты был изнурен и утомлен, и не побоялся он Всесильного. И будет, когда даст тебе покой Б-г, Всесильный твой, от всех врагов твоих, что вокруг, в стране, которую Б-г <…> дает тебе в удел, чтобы овладел ты ею, — сотри память об Амалеке из поднебесной, не забудь!» (Дварим, 25:17-19).

Этот отрывок получил собственное название — «Парашат Захор» (глава «Помни»), и его читают в синагогах в субботу перед Пуримом, которая поэтому так и называется: Шабат Захор. Его чтение напоминает о том, в каком контексте следует воспринимать события книги Эстер: появление злодея Амана и его ненависть к евреям — это не случайное стечение обстоятельств, а лишь один из этапов вечного конфликта Амалека с народом Израиля, звено в длинной цепочке.

В самой Торе заповедь об Амалеке на первый взгляд сформулирована противоречиво: с одной стороны, евреям заповедано помнить о том, что сделал Амалек; с другой стороны — необходимо стереть память об Амалеке, то есть уничтожить не только сам народ, но даже и воспоминания о нем. Так помнить — или уничтожить память? В другом месте Торы Всевышний говорит, что Он сам будет воевать с Амалеком. И это тоже вызывает вопрос: зачем же тогда эта заповедь дана народу Израиля? И наконец, почему вообще Тора проявляет к Амалеку такое особое внимание? Мало ли народов в ходе истории стремилось напасть на евреев! Но ведь нет заповеди уничтожить все эти народы и искоренить память о них.

Мудрецы объясняют, что Амалек — это символ беспричинной, иррациональной ненависти к еврейскому народу и к самому Творцу. Амалекитяне напали на народ Израиля сразу после исхода из Египта — в тот момент, когда весь мир был потрясен чудесами, которые Всевышний сотворил для евреев. Амалека и это не остановило. У него не было причины нападать на евреев, идущих по пустыне, кроме одной: ненависть к Всевышнему и к Его народу. Вот почему война с Амалеком — это война Всевышнего, Его «личное дело». Но заповедана она еврейскому народу, который является «представителем» Всевышнего в этом мире.

В каждом поколении потомки Амалека восстают против евреев, вновь и вновь пытаясь их уничтожить. Эта борьба вечна. Поэтому процесс стирания памяти об Амалеке продолжается во все времена. И о сущности Амалека, о его особом отношении к евреям необходимо помнить, иначе борьба с ним может обернуться ошибкой, которую совершил царь Шауль, пощадивший пленного царя Агага.

И все же почему именно Шаулю было поручено искоренить народ Амалека в своем поколении? Может быть, царь Давид лучше и эффективнее справился бы с этой задачей! И возвращаясь, наконец, к книге Эстер: почему именно Мордехай, а не какой-нибудь другой еврей противостоял Аману-амалекитянину во время пуримских событий?

Ответ на эти вопросы кроется в происхождении Шауля и Мордехая: оба они родом из колена Биньямина. И здесь мы должны обратиться к самому началу конфликта между Амалеком и народом Израиля. Согласно традиции, предком Амалека был Эсав, брат Яакова. Из противостояния Эсава и Яакова выросла вечная борьба Амалека и Израиля. И Биньямин, младший сын Яакова, изначально занимает в этом противостоянии особое положение. Об этом говорит Мидраш на книгу Эстер: «Что сказал Мордехай тем, кто спрашивал его: “Почему ты нарушаешь приказ царя (и не кланяешься Аману)?” Р. Леви сказал: Ответил им Мордехай: “Моше, наш учитель, предостерег нас в Торе: „Проклят человек, который сделает изображение (идола)…“ А этот злодей (Аман) сделал объект идолопоклонства из себя самого… И еще дело в том, что я на особом положении у Всевышнего: ведь все колена Израиля родились за пределами Земли Израиля, а мой предок (Биньямин) родился в Земле Израиля”. Тут же сообщили об этом (ответе) Аману. Сказал Аман: “Передайте ему (Мордехаю): но разве его предок (Яаков) не поклонился моему предку (Эсаву), как сказано в Берешит (33:6-7)?” Ответил Мордехай: “Но ведь Биньямин тогда еще не родился!”» (Мидраш Эстер раба, 7:8).



Примирение Яакова с Эсавом. Рембрандт ван Рейн. 1655 год.
Отдел эстампов Берлинской картинной галереи

Аман и Мордехай вспоминают эпизод, ставший ключевым для их потомков во все времена. Как написано в Торе, Яаков хитростью получил предназначенное Эсаву отцовское благословение и был вынужден бежать от гнева Эсава — тот отличался свирепым характером и вполне мог убить брата-обманщика. Долгое время Яаков скрывался за пределами Земли Израиля, в семье своего дяди Лавана. Женился на Лее и Рахели, обзавелся многочисленным потомством и, наконец, через много лет решился вернуться на родину. И тут произошла драматическая встреча двух братьев. Яаков не знал, «остыл» ли Эсав за эти годы. На всякий случай он приготовился к войне, а кроме того, решил задобрить брата подарками и вел себя при встрече с ним очень осторожно. Вот как описана встреча братьев в книге Берешит, на которую ссылается Мидраш: «И взглянул Яаков, и увидел: вот, Эсав подходит, и с ним четыреста человек. И расставил он детей при Лее, и при Рахели, и при двух рабынях… И сам пошел перед ними, и поклонился до земли семь раз, пока подходил к брату своему. И побежал Эсав ему навстречу, и обнял его, и пал ему на шею, и целовал его, и они заплакали… И подошли рабыни и дети их, и поклонились. Подошла также Лея и дети ее, и поклонились. А потом подошел Йосеф с Рахелью, и поклонились» (Берешит, 33:1-7). В этом эпизоде всеобщего преклонения перед Эсавом нет только младшего сына Яакова, Биньямина!

Он, предок Шауля и Мордехая, единственный из всего семейства не кланялся Эсаву. Биньямин на тот момент еще не родился, а значит, он остался за пределами этого конфликта, вне сложных отношений между братьями. Он свободен от исторического унижения перед Эсавом, а значит, его потомки обладают особой силой в противостоянии с потомком последнего, Амалеком. К тому же, как упоминает Мордехай в Мидраше, Биньямин родился в Земле обетованной, тогда как все его старшие братья родились, когда Яаков пребывал в изгнании, в семье Лавана, и это обстоятельство тоже придает ему особые силы, особый статус.

Вот почему именно на Шауля была возложена миссия уничтожить Амалека в его поколении. А то, что он не справился с этой миссией, свидетельствует лишь о том, что человек обладает свободой выбора — если бы Шауль захотел, эта задача была бы ему по плечу. Вот почему Мордехай находит в себе душевные силы не кланяться Аману и в конце концов одолевает его.

 

Источник

ЛЕХАИМ ФЕВРАЛЬ 2013