Миллер Артур

Сын века
К 90-летию со дня рождения Артура Миллера


В минувшем феврале в своем доме в Роксбери, штат Коннектикут умер Артур Миллер - один из самых счастливых людей XX века и один из самых верных его, века, сынов. Что, собственно, требуется для того, чтобы твою жизнь, когда она закончится, назвали счастливой? Прежде всего век твой должен быть долгим, а кончина мирной. Неполные 90 лет (Миллеру не достало восьми месяцев и шести дней) – срок, если прикинуть, подходящий. Но не в одной длительности дело. В жизни счастливого человека, какой она видится каждому в подростковых мечтах, непременно должны присутствовать слава, любовь, богатство, а также множество верных друзей. Все это у Миллера было. Он обладал самой желанной женщиной в мире (скоротечный союз с Мэрилин Монро, которая ради мужа-еврея приняла иудаизм, длился, правда, всего пять лет, но зато следующий брак, оказавшись счастливее, продержался четыре десятилетия). Его пьесы, идя во многих странах, приносили автору нешуточный доход, а мнением этого человека дорожили самые известные люди планеты. Одним из таких верных друзей можно назвать режиссера Роберта Олтмена, который сейчас репетирует в лондонском Old Vic пьесу Миллера «Блюз воскрешения».

Кроме всего прочего, Миллер, несмотря на раздражительность и желчный нрав, был, кажется, хорошим человеком. И вот пример: в середине 1970-х, узнав из журнальной статьи о каком-то парне, которого несправедливо осудили за убийство матери, Миллер, не привлекая особой шумихи, нанял тому хорошего адвоката и добился-таки оправдания. Без сомнения, это ему зачтется. Чья-то спасенная жизнь – такое стоит совсем не меньше, чем множество хороших пьес.

Миллеру принадлежит замечательный афоризм, который можно было б поставить эпиграфом и ко всей его долгой биографии: "Эпоху можно считать законченной, когда истощились ее основополагающие иллюзии". Жизнь этого выдающегося человека закончилась одновременно с истощением всех иллюзий XX века, до которых и он, по простительной человеческой слабости, был падок. В Америке за ним долго держалась репутация «красного» драматурга. Но он никогда не состоял в коммунистической или какой другой партии, а просто, в силу своего воображения, был, несмотря на всю высоколобость, внутренне готов увлечься великой иллюзией века. Как чеховский герой, верящий, что «через двести, триста лет жизнь на земле будет невообразимо прекрасной». В пьесе «Американские часы», например, его герой произносит почти вершининский монолог: «Я верю в Советский Союз. Я верю в победу рабочего класса здесь и везде...»

Не будь Чехова, нельзя даже и представить, какие бы пьесы оставил после себя Миллер. Возможно, что и вовсе бы не увлекся драматургией, а спокойно писал себе романы. В конце концов, начинал он свою литературную карьеру именно с этого, но после первого (и последнего) романа «Фокус», написанного в начале 1940-х, переключился на пьесы и писал их до самой своей кончины. "Смерть коммивояжера", "Это случилось в Виши", "Цена", "После грехопадения" - перечислять можно долго. Забавно, что сам себя Миллер сравнивал с чеховским Тригориным и говорил: «Я работаю все время, даже когда я не работаю». Да, видимо, он не просто казался, а действительно был счастливым человеком.

Источник:
gzt.ru