Лотман Юрий

( 18.02.1922 - 28.10.1993)

Лотман Юрий Михайлович - филолог, литературовед. Доктор филологических наук (1961), профессор (1963).

В 1940-46 гг. - в армии, в годы войны - на фронте. В 1950 году окончил филологический факультет ЛГУ. В 1950-54 гг. работал в Тартуском учительском институте, с 1954 года в Тартуском университете.

В 1960-77 гг. заведующий кафедрой русской литературы. Основатель тартуской школы семиотики. Организовал летнюю школу по вторичным моделирующим системам, в которой участвовали многие видные ученые, в т.ч. Р.О.Якобсон; с 1964 года руководил выпуском серии "Труды по знаковым системам".

Основные работы Лотмана посвящены истории русской литературы и общественной мысли конца XVII - начала XIX века, истории и типологии русской культуры, теории литературы, семиотике.

Фундаментальные труды Лотмана - "Лекции по структуральной поэтике" (1964), "Структура художественного текста" (1970), "Анализ поэтического текста" (1972), "Семиотика кино и проблемы киноэстетики" (1973), "Культура и взрыв" (1992) и др. - обосновали принципы структурально-семиотических исследований в области литературы и искусства, а также культуры в целом. Автор монографий о жизни и творчестве А.С.Пушкина, Н.М.Карамзина.

Член Королевского научного общества (Великобритания), член Норвежской Королевской академии, ряда зарубежных научных обществ и редколлегии международного научного журнала.

В 1993-94 гг. в Таллинне издан трехтомник избранных работ Лотмана.

* * *

Юрий Михайлович Лотман любил вспоминать, как он первый раз побеседовал со своей будущей женой.

Студентка Зара Минц обратилась к преподавателю Лотману с просьбой нарисовать портрет Маяковского для предстоящей научной конференции (Лотман славился умением быстро рисовать большие портреты). Преподаватель буркнул, что очень занят и вообще рисует только за деньги. Студентка-комсомолка от огорчения расплакалась и крикнула: "Сволочь усатая!" В 1950 году этот крик могли интерпретировать с большими последствиями...

Науку семиотику "продажной девкой империализма" уже не обзывали, но покритиковывали не без ехидства. Иногда ехидство было оправдано деятельностью увлекающихся дилетантов от семиотики. Юрий Михайлович Лотман дилетантом не был.

Учёный с мировым именем, подчёркнуто по своей воле живущий вне больших столиц, в маленьком Тарту, в СССР рассматривался как опасная редкость. Видимо, поэтому за Лотманом внимательно присматривали, на всякий случай надолго сделали невыездным, в 1970-м на его тартуской квартире провели совершенно бесперспективный, зато явно предупредительный обыск. Отголоском тех государственных забот стало, уже после распада СССР, неизбрание Лотмана в Академию наук как "иностранца". О прочих способах усмирения и одомашнивания нестандартно мыслящих талантливых людей не стоит и упоминать – они однообразны и пошлы.

Юрий Михайлович Лотман не изобретал баллистические ракеты и штурмовые вертолёты. Всю жизнь он работал со словом. Слово как материал культуры и есть предмет семиотики, в более широком смысле – предмет культурологии. Трудами Лотмана мы приблизились к пониманию Пушкина (ему принадлежат биография поэта и комментарий к "Евгению Онегину"), Карамзина (книга "Сотворение Карамзина"), традиций русской культуры XVIII–XIX веков вообще.

Работал он каторжно, непозволительно много и постоянно. Говорил, что только так и можно что-то сделать в гуманитарных науках, где, в отличие от наук естественных, всё основано на частных человеческих суждениях: "Текст есть человек, а человек неуловим". Пережив инсульт, почти не владел правой рукой, но продолжал диктовать: сознание неудержимо работало в привычном направлении.

Источник

base.ijc.ru

По материалам sem40.ru и allabout.ru